В Таджикистане сняли документальный фильм «Танцующие мужчины»

Лолисанам Улугова – режиссер и независимая исследовательница — погрузилась в тему таджикского народного танца еще в 2008 году. Уже тогда найти мужчин танцоров для постановки номеров было сложно: родители в Таджикистане не пускают своих сыновей заниматься танцами, даже если они сами этого хотят. Те же единицы артистов, которые всё-таки заняты в этом искусстве, живут в жестких рамках, за которые они не пускают посторонних.

Обо всём этом Лолисанам рассказала в короткометражном документальном фильме «Танцующие мужчины», который выйдет в мае этого года.

Несмотря на то, что в Таджикистане без танцев не обходится ни один праздник — причем танцуют на торжествах и мужчины, и женщины – желание заниматься этим видом искусства профессионально, сделать танцы делом своей жизни в обществе воспринимается скептически. Особенно это касается мужского танца – мужчин артистов в Таджикистане осталось совсем немного.

— У нас есть один государственный танцевальный ансамбль «Лола», в котором работают мужчины, почти во всех остальных — женщины. Даже на балетные постановки в театр оперы и балета для массовки приглашают ребят из «Лолы», потому что своих артистов мужчин не хватает, — рассказывает Лолисанам Улугова.

В 2008 году Лолисанам возглавила общественную организацию «Ташаббуси рақси тоҷикӣ» (Таджикская танцевальная инициатива). Занять этот пост её пригласила американка Шерлин Сойер (Sharlyn Sawyer), которая изучала таджикские танцы и беспокоилась за их состояние.

Тоджиддин Салимов

— Шерлин вместе со своими коллегами ездила по всему ГБАО, встречалась с носителями танцевальных традиций и познавала тонкости таджикских танцев, — рассказывает Лолисанам. – Тогда она рассказывала о своей стране, где в каждом городе есть хотя бы одно частное учреждение, специализирующееся на танцах. Шерлин устанавливала культурный диалог между нациями. Кстати, когда мы регистрировали эту организацию тогдашний министр культуры говорил, что проблем у таджикского танца нет.

Сейчас Лолисанам не руководит «Ташаббуси рақси тоҷикӣ», но за таджикским танцем продолжает следить. К сожалению, в лучшую сторону ситуация не изменилась, поэтому когда Internews in Tajikistan объявил конкурс грантов на производство отечественного контента «Малый формат. Зимний поток», Лолисанам решила подать заявку с идеей снять фильм «Танцующие мужчины», и рассказать о состоянии танца. Она оказалась среди  победителей конкурса, и вместе с оператором Максудом Вахидовым начала работу.

Как общество смотрит на танцоров и танцовщиц

О том, что к мужском танцу в Таджикистане весьма неоднозначное отношение, местные журналисты уже говорили, и не раз. За всё время знакомства с этой сферой, печальную тенденцию заметила и Лолисанам: к музыкантам общество относится более почтительно, чуть хуже относятся к танцовщицам и еще хуже к танцорам. Она говорит, что причины такого отношения нужно глубоко изучать, однако есть предположения.

Мухаммад Азимзода

— В нашем патриархальном обществе, где маскулинность мужчины — это часть культуры, мужчины не имеют права показывать свои эмоции, а любой танец — это эмоции. Еще на репетициях народных танцев я с удивлением обнаружила, что и мужчины, и женщины выполняют абсолютно одинаковые движения. Возможно, это и не нравится публике, — объясняет Лолисанам.

Впрочем, ни один из трех героев фильма о стигме не говорит. Каждый убеждал режиссера, что не чувствует к себе негативного отношения со стороны общества.

— Я думаю, что все мои герои заранее закрылись щитами и спрятали те места, до которых больно дотрагиваться, — говорит Лолисанам.

Всего в фильме «Танцующие мужчины» три персонажа: первый артист — Назиршо Раджабов, балетмейстер ансамбля «Лола», второй – Мухаммад Азимзода – артист театра оперы и балета и Тоджиддин Салимов – он выступает в шоу-программе одного из столичных ресторанов.

Мухаммад Азимзода

— Мне самой очень нравится мужской таджикский танец. Между прочим, он соответствует сегодняшней гендерной повестке – мужчины в танце не демонстрируют свой мачизм и не доминируют в танце над женщинами, — говорит Лолисанам.

Запретная зона

Всего на работу над фильмом у съемочной группы ушло три месяца, но за это время пришлось поменять почти десять локаций. За своими героями Лолисанам наблюдала на репетициях, во время их выступлений, на улицах Душанбе и дома — в кругу родных и близких.

— Я очень хотела побыть с их семьями, но не со всеми удалось это сделать. Назаршо не дал мне познакомиться с женой и детьми, сказал: «У меня нет условий». К своему папе в Куляб тоже не хотел ехать, правда, позже согласился. И пока мы ехали, он всю дорогу говорил: «У нас там глиняный дом». Да, у нас почти вся страна живет в глиняных домах. И что с того? — Вспоминает Лолисанам.

По сюжету картины другой герой — Мухаммад должен был показать балетные па где-нибудь в общественном месте Душанбе.

— Мы сделали это около памятника Сомони, но не получилось то, что я хотела. Сначала нас милиционеры разогнали, потом, когда они разобрались, что к чему — стали помогать, но уже было не то. Нам нужна была спонтанная реакция прохожих, внезапность. Макс (оператор) говорит, кое-что получилось, и есть из чего выбрать, но я всё равно недовольна, — говорит Лолисанам.

Мухаммад Азимзода

Зато съемки удалось провести во время репетиций артистов театра оперы и балета. Администрация пошла навстречу, но предупредила, что делает это только, потому что доверяет авторам картины.

— Мы встретились с директором театра, и он сказал, что не всех пускает проводить съемки, чтобы никто не испортил образ танцора. «А как его можно испортить?» — Спросила я его. «Ну вот, всяко придумать про них, чего на самом деле нет», — ответил он, — рассказывает Лолисанам.

Она надеется, что реакция аудитории на её работу будет хорошей и людям картина понравится. Возможно, будет критика со стороны представителей ГБАО, которые славятся своими красивыми мужскими танцами: дело в том, что один из её героев исполняет памирский танец, но не на том уровне, к которому привыкла публика.

— Тоджиддина я знаю очень давно, и однажды я видела по телевизору, как он чудесно танцует памирский танец. Это было великолепно, но тогда Тоджиддин был молод и здоров, сейчас он устал и часто болеет. Мне кажется, что у него не совсем получилось. Но он всё равно захотел станцевать именно памирский танец, — объясняет Лолисанам.

Главный же критик своей картины – сама Лолисанам. Она говорит, что во время работы чувствовала себя некомфортно не только в тех рамках, которые выставили перед ней герои, но и во временных рамках, и в рамках грантового проекта. Хотелось больше времени, меньше отчетов и только одного героя.

Назиршо Раджабов

— Все мои герои хороши, но, если вернуться назад, я бы выбрала одного, — признаётся она. — Я бы жила с ним, я бы провела с ним несколько месяцев и следила бы за его неурядицами, за его бытом, за его жизнью, я бы копала гораздо глубже и сосредоточилась только на нем.

О продолжении работы Лолисанам думает, и надеется, что с выходом фильма «Танцующие мужчины» ей удастся начать диалог с аудиторией.

— Я хочу, чтобы зрители поставили себя на их место. Вы представляете — человек закончил институт, он работает в государственном ансамбле, занимается невероятно тяжелым физическим трудом, и не может пригласить к себе съемочную группу. Потому что нет условий. Потому что он живет в общежитии. Я бы очень хотела, чтобы люди прочувствовали всё это.

Этот проект проводится в рамках Центральноазиатской программы MediaCAMP при поддержке Агентства США по международному развитию USAID. Подробнее о Центральноазиатской программе MediaCAMP читайте, пожалуйста, здесь. Подробнее об организации: Internews: в миреInternews в Таджикистане.

Добавить комментарий